14 декабря 2013

Выходные в Парке Горького. Стихи на льду читали «Золотые маски»

Надежда Афанасьева | Газета «Вечерняя Москва»

Свой двадцатый юбилей театральный фестиваль «Золотая маска» отметил поэтическим карнавалом на катке Парка Горького.

Скрипит морозная глазурь, рассыпается смехом молодежь, энергично рассекающая лед коньками, звучат знакомые с детства слова…

- Мороз и солнце, день чудесный! - смеясь, чеканит пятилетняя Соня Васильева, описывая эту субботу строчками Пушкина.

Ответ ей – улыбки и овации. Награда – шоколадка от молодого человека в длинном черном пальто и элегантном цилиндре.

- Владимир Владимирович, - представляется он мне и уточняет, - Маяковский. Я волком бы выгрыз бюрократизм. К мандатам почтения нету. К любым чертям с матерями катись любая бумажка. Но эту... Я достаю из широких штанин дубликатом бесценного груза. Читайте, завидуйте, я – гражданин Советского Союза!

И правда - из его кармана возникает тот самый «молоткастый, серпастый советский паспорт». Сомнений не остается. Передо мной посередине катка живой и румяный стоит великий поэт. Да не один! Вокруг него прячутся в теплых шарфах от холодного дыхания ветра Блок, Мандельштам, Есенин... Что привело сюда этих гостей со страниц книжек?

- Карнавал! Театральный фестиваль под названием «Золотая маска» поздравляем, - объясняет Маяковский, - Каждому – по маске! Правда, не драгоценной, а картонной. Украшение – непростое. На нем – секретный код. Регистрируешь его и получаешь шанс выиграть билеты на фестиваль. А вот шоколадку заработать непросто. За нее платишь стихотворением.

- Твоя очередь! – протягивает мне мегафон Бродский.

От неожиданности из десятков крутящихся в мыслях рифмующихся фраз я выхватываю письмо Татьяны Лариной.

- Я к вам пишу – чего же боле? Что я могу еще сказать? – бросаю Бродскому, но он лишь пожимает плечами, - Теперь, я знаю, в вашей воле меня презреньем наказать. Но Вы, к моей печальной доле хоть каплю жалости храня, Вы не оставите меня…

- И правда не оставим! - кивает Иосиф Александрович, - вместе организуем шествие. Мы пойдем под знаменем луны, на встречу двинутся поэты под знаменем солнца. Посмотрим, кто кого!
Знамена подняты. Одна литературная группировка с криками и звоном лезвий коньков надвигается на другую.

- А теперь – обнимашки!

Маяковский оказывается в объятиях Есенина, Пастернака берут в руки поклонницы, а меня – сам Александр Сергеевич Пушкин.

Через несколько чудных мгновений лирики и люди в золотых масках теряются в толпах резвящихся на льду толп, чтобы встретиться снова в январе на спектаклях фестиваля «Золотая маска».



оригинальный адрес статьи

Пресса