7 февраля 2008

Электрический шок

Юрий Тимофеев | Новые известия

Напряженный график гастрольной жизни не позволяет Мариинскому театру вписаться в рамки фестиваля «Золотая маска». Обычно его спектакли-номинанты играют задолго до открытия феста. В нынешнем году оперы и балеты из Мариинки, отобранные экспертами, составили отдельную программу, рассчитанную на два месяца. Открывшая ее вчера опера Рихарда Штрауса «Электра» доказала, что слушать музыку этого композитора – не только удовольствие, но и тяжелый труд.

Впервые услышав «Электру» (ее премьера состоялась в январе 1909 года), современники композитора были шокированы и возмущены. Они не представляли себе, что музыка может быть настолько страстной и откровенной, если не сказать бесстыдной. Прошедшие сто лет мало что изменили в восприятии оперы. Впечатление такое, будто композитор переложил в звуки биоритмы работы мозга главной героини Электры – истеричной, психически ненормальной женщины. Она страдает фрейдовским «комплексом Электры», испытывая исступленную страсть к своему отцу Агамемнону, ненависть такой же силы к матери Клитемнестре, которая убила Агамемнона вместе со своим любовником, и вынашивает планы мести, надеясь, что за отца отомстит ее младший брат Орест. Сочиняя музыку, композитор не жалел нервов слушателей, вложив в нее весь заряд экспрессионистской жестокости, отпущенный ему природой.

По описанным выше причинам, исполнить «Электру» не под силу ни одному театру в России, кроме Мариинского. Да и то в том случае, если за пультом его оркестра будет дирижер Валерий Гергиев. Маэстро обрушивал на зрителей потоки звуков, терзавших, будораживших и проникавших куда-то в подсознание. Но удалась не только музыкальная, но и драматическая часть постановки. То, что происходило на сцене, можно назвать идеальной интерпретацией оперы Рихарда Штрауса.

По либретто, Электра и ее младшая сестра Хризотемида живут в материнском доме как рабыни. Режиссер Джонатан Кент вместе с художником Полом Брауном перенесли действие из греческой античности в наши дни и выстроили на сцене двухэтажную конструкцию: сверху – роскошный дом Клитемнестры, внизу – подвал, где обитает Электра (Лариса Гоголевская). Периодически она вылезает наверх, поднимаясь по широкой лестнице, как комплексы, страхи и «демоны» из глубин человеческого подсознания. Героиню можно принять за одно из таких существ: неопрятная, угловатая женщина на грани нервного срыва, в зеленом халате служанки и красных, растянутых тренировочных штанах мечется как больное животное. Периодически она смотрит на экране слайды с фотографиями отца и брата, прижимает к груди отцовский мундир, порой надевая его или разговаривая с ним, как с живым существом. Певица Гоголевская сыграла свою роль так, что ей могут позавидовать актрисы драматического театра: уже давно никто из них не поднимался до таких трагических высот, захватывая слушателей звуком своего голоса. Партия Электры считается суперсложной. Исполняя ее, певицы затрачивают не меньше энергии, чем спортсмены-тяжеловесы, поднимающие штангу. В Москве Гоголевская блестяще взяла «штраусовский вес».

Интересно сыграна и отлично спета была не только роль Электры, но и роли остальных героев оперы: Клитемнестра страдала от совершенного злодейства, а Орест, который поначалу не очень понимал, что его ждет после совершенного двойного убийства, вышел из-за кулис сломленным и опустошенным.

Современная история не противоречила античному сюжету. И только в конце режиссер внес небольшое изменение. Электра, счастливая, что ей удалось отомстить, начинает танцевать и пляшет до тех пор, пока не падает замертво. Героиню спектакля Мариинки связывала с земной жизнью только мысль о мести. Поэтому в финале она спустилась по лестнице в свой подвал и, несколько раз исступленно ударив себя руками в грудь, умерла.



оригинальный адрес статьи

Пресса