23 февраля 2017

Бешено плюсуем

Андрей Пронин | Интернет-издание «Colta»

27 февраля на фестивале «Золотая маска» стартует внеконкурсная программа «Маска Плюс». О ее ключевых событиях читателям COLTA.RU рассказывает куратор программы Андрей Пронин.

Разговоры о подъеме российского театрального искусства в провинции, децентрализации, «доктрине Мальро», которая вдруг обнаружила свое действие — причем безо всякого, заметим, Мальро, — не преувеличение и не натяжка. И программа «Маски Плюс» этого года, собранная авторитетными и компетентными Павлом Рудневым и Верой Сенькиной, а заодно вашим обозревателем, — тому порука. Когда стало понятно, что результатом дискуссий и позиционных боев в экспертном совете по драме прошлого года явилось беспрецедентное (и в абсолютном, и в относительном выражении) представительство регионов в списке номинантов, на секунду показалось, что надобность в «Маске Плюс» вообще отпадает: никакой форы нестоличному театру на сей раз не требуется. Однако это только показалось: программа была собрана без особого труда, причем многое отвергли, а она все же вышла большой, разнообразной и, кажется, достойной. К тому же, в отличие от конкурсной «Золотой маски», заряженной энергией соперничества и скованной соревновательным регламентом, «Маска Плюс» спокойна и свободна от условностей: после каждого спектакля предполагается обсуждение и живое общение с его создателями.

«Догвилль»
27 февраля, Центр им. Вс. Мейерхольда

Немецкий экспат Андреас Мерц-Райков, в прошлом ассистент Франка Касторфа, продолжает свое триумфальное режиссерское шествие по регионам России — при том что в столицах многие о нем не слыхивали. Брехтианец Мерц берет сценарий Ларса фон Триера — и снимает слой за слоем, шелушит, как луковицу. Тут нет ни пышных метафизических намеков, которыми так богат Триер, ни ловушек эмоциональной манипуляции. История про кроткую Грейс и неблагодарных жителей Догвилля редуцируется до социального очерка — и, потеряв в эффектности, приобретает в аналитических свойствах. Горькая теорема о несовершенстве человеческой натуры в спектакле пермского «Театра-Театра» неожиданно приобретает еще один смысловой призвук. Грейс (прима труппы Ирина Максимкина) выходит к публике в концертном платье, а в кульминационный момент спектакля адресует зрителю песню. Подспудный, непроговоренный сюжет спектакля — вечный конфликт артиста и толпы.


«Братья Карамазовы»

28 февраля, Центр им. Вс. Мейерхольда

Хорошо знакомый московскому зрителю Лев Эренбург в этом спектакле, представляющем на «Маске Плюс» Петербург, одновременно узнаваем и нов. «Карамазовы» — острый трагифарс, сотканный из рисковых, ироничных и физиологичных, актерских этюдов. Свежесть — как в новой крови талантливых студентов Льва Борисовича, занятых в спектакле, так и во внезапной свободе от сюжетного нарратива, которую спектакль обретает после антракта. Сам Эренбург повторяет в интервью, что не любит Достоевского, да и в спектакле не может скрыть некоторого скепсиса по отношению к исступленному богоискательству его героев. Однако психоэксцентрический стиль режиссера оказывается парадоксально близок классику с его «скандалами», экзальтацией и сопряжением высокого и низкого. Обратите внимание на актера Дмитрия Честнова, играющего Смердякова и совершенно незабываемого прокурора Ипполита Кирилловича.


«Шинель»

1 марта, Центр им. Вс. Мейерхольда

Странный и вкрадчивый спектакль «якутского Някрошюса» Юрия Макарова. Немногословное, порою статичное действие с агрессивным музыкальным фоном сочетает ритуальную торжественность с дерзкой режиссерской фантазией, порождающей причудливые образы. Смертельно перепуганный, кажется, еще до рождения, Акакий Акакиевич (Петр Винокуров) перед глазами зрителей проходит путь горестных мытарств. В мире бездушно-брутальных мужчин и продажных женщин крошке Акакию не выжить. Внутренним сюжетом, разумеется, звучит тревога за судьбу традиционной национальной культуры посреди пошло и бурно грохочущей современности.


«Строптивая»

2 марта, Центр им. Вс. Мейерхольда

Спектакль российской итальянки, выученицы петербургской режиссерской школы Алессандры Джунтини вызвал острые дискуссии в Кургане, но его потенциала, как представляется, хватит еще и на аудиторию ЦИМа. Катарина (прекрасная Ирина Храмова) здесь «укрощается» бригадой психиатров. Она не готова принять нехитрую мораль маскулинного мира, даже если та упакована в розовую гламурную обертку. Она хочет быть самоценной личностью, а не игрушкой в чужих руках. Джунтини проделывает с пьесой опасную операцию, подменяя ее пафос на ровно противоположный, и в основном справляется со сложной задачей. Финальный монолог «Наша сила в нашей слабости» читает не Катарина, а множество женщин-советчиц, сидящих перед экранами своих компьютеров и словно бы поучающих бьющуюся в смертельных корчах героиню не артачиться. В ролях фейсбучных подружек Катарины — лучшая половина театрального человечества: от Юлии Ауг до Евгении Беркович.


«Джут»

3 марта, Центр им. Вс. Мейерхольда

Любопытный и спорный спектакль молодого лидера башкирского театра Айрата Абушахманова. Пьесу написал тот самый Олжас Жанайдаров, которого подвергли остракизму за невинную детскую пьесу «Душа подушки». Люди, не ведающие, что слово «пара» у детсадовцев лишено сексуальных коннотаций, уличили жанайдаровских подушек в гомосексуализме. «Джут» — пьеса не детская, довольно жуткая: тут в тошнотворных подробностях раскрывается трагедия казахского голодомора первых лет советской власти. Однако параллельно с трагической новеллой из прошлого разворачивается современный сюжет: немолодой, но еще крепкий казах (ведущий башкирский актер Хурматулла Утяшев) приобщает утратившую связь с национальной культурой журналистку к корням. Способы у него радикальные — он охаживает журналистку плеткой и активно помогает ей забеременеть. Абушахманов очень аккуратно сопрягает в своем спектакле два исторических плана, они как будто разделены зеркальной преградой, одновременно соприродны и антагонистичны. Но жанровый дисбаланс реквиема и мещанской драмы в спектакле не преодолен, хотя кому-то это, возможно, и покажется достоинством.


«Малые деньги»
4 и 5 марта, Центр им. Вс. Мейерхольда

Театр «Поиск» из Лесосибирска, райцентра Красноярского края, небогат деньгами, зато силен творческим энтузиазмом. На сей раз лесосибирские актеры поработали с Радионом Букаевым, режиссером из Казани, несколько лет возглавлявшим театр в Ельце, а ныне перебравшимся в Краснодар. Спектакль по современной финской пьесе (автор — Сиркку Пелтола) играется в буфете, озорно и азартно, и сначала кажется комедией-анекдотом. Парочка великовозрастных оболтусов, он и она, решают обобрать умственно отсталого здоровяка с героическим именем Ясон, живущего под присмотром пожилой матери. Здоровяк с мамой кушают скромно, а на их банковском счете, регулярно пополняемом благодаря социальному пособию, уже скопилась кругленькая сумма. Зритель едва успевает моргнуть, а анекдот вдруг оборачивается трагедией, буфет — местом, где рушатся судьбы, а спектакль — горькой притчей о хрупкости жизни.


«Кроличья нора»

5 марта, Центр им. Вс. Мейерхольда

Спектакль Дениса Хусниярова по популярной бродвейской пьесе — тихий и смурной, его блеск не бросается в глаза. Между тем это виртуозная по тонкости психологического разбора работа, поднимающая драматургический текст к высотам, им, кажется, не подразумеваемым. Историю о семье, потерявшей ребенка, Хуснияров лишает фабульной остроты, полгода из жизни героев выглядят на сцене полуторачасовым разговором: что-то на нерве, что-то впроброс, а где-то молчание звучит красноречивее слова. Артисты Марина Кулясова и Евгений Федотов с удивительной силой играют людей, тщетно пытающихся сжиться с непоправимым, со снайперской точностью кристаллизуют оттенки психологических состояний, фазы рубцевания душевных ран, которым не суждено окончательно затянуться.


«Побег из Шоушенка»

6 марта, Московский Губернский театр

Достоинства спектакля самарского худрука Вячеслава Гвоздкова по мотивам книги Стивена Кинга можно перечислять долго. Мастерское владение большой сценической формой, ослепительная геометрия массовых сцен, убедительный актерский ансамбль, незаурядная работа актера Андрея Нецветаева в одной из главных ролей, наконец, бескомпромиссная патетика — гимн свободе и справедливости. Но отдельного внимания заслуживает «кинематографичность» — вовсе не частое для драматического театра свойство. Спектакль отчетливо стилизован под классику Голливуда, и остается только восторженно ойкать в зрительном зале, узнавая киношные типажи: ведь это действительно индеец, а это действительно карманный вор, а это продажный начальник тюрьмы, а это хитрый мэр, а это умный банкир… Откуда все они вдруг взялись в труппе самарского театра, известно только Гвоздкову.


«Мой мужик на Севере»
7 марта, Театр им. А.С. Пушкина (филиал)

Новокузнецкому театру под предводительством отличного директора Марины Евсы отчаянно не везет. Который год театр в центре внимания, облюбован критиками, а многими и любим, но спектакли не попадают в конкурс, а только в параллельные программы. Молодой режиссер Сергей Чехов в Новосибирске учился у Сергея Афанасьева, а сейчас в Москве учится у Бориса Юхананова. В его спектакле успешно сосуществуют навык к традиционному театру и готовность к смелому постановочному аттракциону. Пьесу Ирины Васьковской «Девушки в любви» Чехов смело отрывает от быта, а иногда поднимает до высокой поэзии. Изобретательный и визуально изощренный спектакль — еще и оммаж любимым кинорежиссерам Чехова: от Параджанова до Тарковского.



оригинальный адрес статьи

Пресса