Пресса

30 сентября 2019

«Важно преодолевать расстояние». Репортаж с гастролей «Золотой Маски» в Ульяновской области

Евгения Соколовская | Интернет-издание «Сноб»

Фестиваль «Золотая Маска» привез в Ульяновскую область шесть спектаклей, отмеченных премией: московских Театра имени Маяковского, театра «Около дома Станиславского» и театра МТЮЗ, а также хабаровского ТЮЗа. «Сноб» отправился на гастроли вместе с ними, чтобы узнать, как современные постановки смотрят в провинции

Добротный «Кант» и ульяновские зрители

Гастроли «Золотой Маски» в Ульяновске начинаются с пресс-конференции за два часа до «Канта» Театра имени Маяковского. Перед конференцией в холле театра собирается группа ульяновских актеров, узнаваемых по фотопортретам на стенах. Они стоят тесным кружком, стараются незаметно оглядываться по сторонам, смеются и говорят громкими театральными голосами.

«"Золотая Маска" приезжает к нам шестой раз подряд. Мы уже привыкли начинать театральный сезон с гастролей, нам это очень лестно. Поначалу, может быть, наши актеры и ревновали к гастролерам — все же есть отток зрителей с наших спектаклей. Но это не самое важное. Главное — профессиональный обмен, ведь не каждый актер может попасть в Москву и посмотреть спектакль. Да и цены в столице совсем другие», — говорит директор Ульяновского драматического театра Наталья Никонорова.

«Кант» — солидный спектакль солидного театра, в котором играют известные актеры. В 2015 году он вошел в лонг-лист «Золотой Маски», в котором эксперты отмечают самые заметные спектакли сезона. С такого хорошо начинать гастроли.

«Канта» играют в декорациях, отдаленно напоминающих шатер-многогранник, обитый алым плюшем и установленный прямо на сцене. Зрителей рассаживают внутри «шатра» — 120 мест разбегаются амфитеатром от центра, где стоит стол, сервированный на пять персон. За этим столом будут есть настоящую еду и дискутировать о философии Кант и его друзья. Зрители с первых рядов смогут дотянуться до них рукой — но, конечно, не посмеют.

Пять минут до начала: второй звонок. Зрители расположились на своих местах. Здесь же режиссер спектакля Миндаугас Карбаускис и автор пьесы, драматург Марюс Ивашкявичюс.

«У любого режиссера, наделенного талантом и своим видением мира, безусловно, свой театр, — говорит исполнительница роли сестры милосердия Светлана Немоляева. — В Карбаускисе мне нравится, что он высоко ценит классику, не искажает ее, но старается проникнуть в нее взглядом молодого человека».

В антракте я узнаю от гардеробщицы, что никто из зрителей не ушел со спектакля, не досмотрев. «Говорят, людям нравится», — она смотрит обиженно: обычно у нее есть возможность зайти на спектакль, но не на «Канта» — в шатер после начала не пускают. «Ну Костолевского-то мы уже видели, он к нам часто приезжает. Все такой же красавчик! — хвастает гардеробщица. И после паузы, снова с обидой, добавляет: — А вот Немоляева у нас в первый раз!»

Приехавшая в Ульяновск впервые Немоляева признается, что не замечает разницы между игрой в родном театре и перед зрителями, для которых ее приезд — большое событие. «Все зрители для меня одинаково важны, не имеет значения — гастроли это или нет. Бывает, актеры не любят гастроли, бывает — наоборот. Я из вторых, — говорит она. — Это всегда встреча с новым городом, с новыми зрителями. Когда приезжаешь в город, где тебя ждут, где раскупают билеты, когда понимаешь, что будет теплый прием, это всегда радостно».

Театр имени Маяковского, правда, в другом составе, привез в Ульяновск еще один спектакль: «Изгнание / Мой друг Фредди Меркьюри», который в прошлом году получил «Золотую маску» за лучшую мужскую роль и еще шесть номинаций. Как и «Кант», «Изгнание» — совместная работа режиссера Карбаускиса и драматурга Ивашкявичюса.

115 тысяч жителей и один театр

В XVII веке в Димитровграде заканчивалась Русь. Крепость Синбирск основали в 1648 году, чтобы защищать восточные границы государства от набегов кочевников. Вскоре в эти края стали силой переселять татар — нужно же было как-то их обживать. Мелекесс — старое название Димитровграда, города в 90 километрах от Ульяновска — татарское. В советское время город переименовали в честь болгарского революционера Георгия Димитрова, но и сейчас в нем живет много татар, и даже сохранилась дореволюционная мечеть. Когда мы выходим на крыльцо Димитровградского театра вместе с его художественным руководителем и главным режиссером Ильей Костинкиным, раздается голос муэдзина. «О! — поднимает палец в небо Костинкин. — 14.30, время молиться».

«Не знаю, как отнесутся зрители к "Магадан/Кабаре/", а еще больше меня беспокоит, как дети встретят "Цацики идет в школу", — тревожится он. — Фестиваль "Золотая Маска" для нас труд адовый, но мы с радостью его принимаем: как вы понимаете, с гастролями к нам приезжают не часто».

В Димитровграде на 115 тысяч жителей один драматический театр мест на триста. Его главные конкуренты — кинотеатр и магазин «Красное и белое». Главная задача худрука — доказать, что театр в этой борьбе конкурентоспособен.

«К нам приезжают спектакли не по остаточному принципу, а одни из лучших, — говорит он. — Это было сделано, чтобы поднять в городе интерес к театру, который, честно говоря, в последние годы снизился. Я и сам здесь очутился, чтобы исправить это положение».

«Магадан/Кабаре/» и димитровградские зрители

В этом году гастроли «Золотой Маски» проходят в 18 городах. В Ульяновске показали шесть спектаклей, в Димитровграде — два.

«Выбирая место для гастролей, мы исходим из подготовленности города, площадки и зрителей. Мы знаем, что в Ульяновск всегда можно привезти самые сложные спектакли», — объясняет президент премии и фестиваля, актер Игорь Костолевский.

И правда, «Магадан/Кабаре/» без сюжета, за которым можно было бы следить, имен персонажей, которые можно было бы запомнить, или декораций, которые можно было бы понять, пожалуй, один из самых сложных спектаклей, показанных ульяновским и димитровградским зрителям.

Эта постановка отдаленно напоминает концерт российских шансонье, но в такой обработке, под которую хочется танцевать вальс. В «Магадане» есть песни Михаила Круга, но преображенные новой аранжировкой.

«Вчера один спектакль, сегодня — совершенно другой, хотя название и одно. Театр — это же не кино и не книжка. Что переживают люди в кино? Они просто фабулу переживают. А театр действует непосредственно. Мы даже не понимаем как, но чувства возникают», — говорит режиссер и худрук театра «Около дома Станиславского» Юрий Погребничко.

Дмитрий Богдан, исполнитель одной из главных ролей в спектакле — если можно, конечно, считать, что в нем есть главные роли, — говорит, что каждый город принимает «Магадан» по-своему: «Смотрят везде по-разному. Не в смысле, как реагируют — посмеялись там или не посмеялись, а в смысле внутренней истории, которая в тишине всегда слышна. Не знаю, как описать по-другому».

«У меня такое ощущение, что мы все нашу страну осваиваем, каждый по-своему, — продолжает Богдан. — Гастроли — наш способ».

На «Магадан» зрителей-мужчин приходит больше, чем на «Канта». Тот, что сидит справа от меня, минут пятнадцать беспокойно ерзает, давая понять, что хочет уйти. В это время на сцене персонаж с подбитым глазом дважды повторяет: «Меня интересует смысл жизни».

«Почему вы хотите уйти?» — шепчу я соседу. «Как-то это далеко от смысла жизни», — сердито отвечает он и выбирается из зала, потянув за собой жену. Его примеру следует еще пара человек, но большинство зрителей остаются и долго аплодируют в конце.

У Юрия Погребничко есть свое объяснение тому, что зрители уходят, не дождавшись финала: «Из зала всегда выходят люди. Бывает, наверное, что не выходят — когда не выпускают или если билеты очень дорогие. Я работал на Таганке, это был период пикового посещения театра: 70–80-е годы. Самый популярный спектакль был "Мастер и Маргарита". За четыре билета я мог встать в очередь на кооперативную квартиру. Так вот: больше всего зрителей уходило с этого спектакля. Почему? Потому что популярный. На такие спектакли всегда приходит публика, которая хочет только отметиться. Посидели до первого антракта и пошли домой: все, мы были. Но в "Мастере и Маргарите" было три акта и два антракта. И во втором антракте всегда уходило человек двадцать пять — потому что думали, что конец!»

Рок-концерт вместо детского спектакля

На следующее утро в димитровградском театре стоит визг, писк и хохот. Две параллели второклассников и третьеклассников привезли смотреть постановку хабаровского ТЮЗа «Цацики идет в школу» о шведском мальчике, его мамаше и одноклассниках.

«Это они еще спокойные. Мы же из гимназии, наши дети воспитаннее», — утверждает учительница третьеклассников Светлана Васильевна.

Спектакль напоминает рок-концерт со всеми вытекающими: зрители вскакивают, кричат, оборачиваются на вторую сцену, установленную прямо в зале, хлопают в ладоши невпопад и прыгают, прыгают, прыгают.

«В этом и была режиссерская задумка. Противоположную площадку построили специально, чтобы дети вставали с мест, оборачивались, "мешали" спектаклю. Все заточено на то, чтобы дать им представление о свободе», — говорит художественный руководитель хабаровского ТЮЗа Константин Кучикин.

Когда Цацики объявляет о своей влюбленности, дети начинают совещаться: что нужно делать, когда влюблен? Когда он засыпает, и одноклассница пытается незаметно завязать ему хвостик, дети пытаются разбудить его криками «Цацики!».

Ближе к концу спектакля зрители чувствуют себя полноправными участниками действия и радуются, что их пригласили на вечеринку. Похоже, это последняя капля в чаше терпения театральной вахтерши: она входит в боковую дверь и начинает шикать. Но в ответ на ее «Тихо! Тихо!» шум становится еще громче. После поклонов дети забираются на сцену: брать автографы и фотографироваться.

«В Хабаровске и Красноярске дети другие. В Красноярске, например, они сидели смирно. Взрослые смеялись, дети — нет. А Димитровград будто забыли зачистить. Здесь дети в хорошем смысле дикие. Они настоящие, не очень застроенные. Поэтому и реакция такая», — объясняет Кучикин.

Сложный режиссер приезжает в Ульяновск

Димитровград величает себя культурной столицей Поволжья. На полпути к Ульяновску поселок Мулловка — пирожковая столица Поволжья. Чуть подальше — деревня Лесная, грибная столица. Ульяновск — литературная.

В усадьбе неподалеку от Ульяновска, тогда еще Симбирска, родился Карамзин, а в купеческом доме рядом с ульяновским драмтеатром — Гончаров. Ульяновск занимает первое место в мире по количеству памятников этому писателю.

Словно в доказательство того, что город не только про Ленина, ленинский мемориал в дни гастролей закрыт на реконструкцию. Зато вместе с актером Игорем Гординым мы сходили в музей — мещанскую усадьбу, музей — мелочной магазин и музей-фотоателье.

«За последние две недели я был с гастролями в Хабаровске, Комсомольске-на-Амуре и Петрозаводске. Ульяновск — первый город, где удалось хоть что-то посмотреть. Значит, запомнится», — говорит Гордин.
Он играет в детективном спектакле Камы Гинкаса «Вариации тайны».

«Гинкас — человек не самый простой, к нему надо привыкнуть. Но я его знаю уже 25 лет, и, конечно, он меня воспитал и сделал как актера, — говорит Гордин. — Он — гениальный режиссер. К тому же у меня с ним не семейная жизнь, а творческая. А она всегда подразумевает борьбу двух начал».

«Пьяный Амур» и провинциальный колорит

Действие этого спектакля происходит в Красноярском крае, и провинциального колорита — по крайней мере такого, каким его видят москвичи, — в нем предостаточно. На монологе про водочку зал начинает посмеиваться, а к середине первого действия на балконе появляются две заговорщицки улыбающиеся гардеробщицы.

«Это все так узнаваемо! — скажет мне одна из них позже, в антракте. — Помню, когда я была девочкой, мы жили в таком же бараке, и там были такие же персонажи и такие же праздники всем двором. Это моя молодость».

Зал принимает постановку хорошо. Соседка слева смеется над шутками до слез, а мужчина позади меня переживает за главного героя, которого обижает невеста. В конце лица зрителей сияют как начищенные пятаки.

Все спектакли гастролей — «Кант» и «Изгнание» Театра имени Маяковского, «Магадан/Кабаре/» театра «Около дома Станиславского», «Цацики идет в школу» хабаровского ТЮЗа, «Пьяный Амур» и «Вариации тайны» театра МТЮЗ — между собой очень непохожи. «Мы составляем афишу фестиваля так, чтобы самые разные зрители могли найти в ней для себя что-то интересное, — объясняет руководитель региональных проектов фестиваля Наталья Яневская. — Важно преодолевать то расстояние, которое порой буквально физически отделяет зрителей по всей стране от актуального, современного театра, — продолжает она. — Гастроли объединяют, дают возможность почувствовать себя в общем культурном контексте. "Золотая Маска" отметила лучшие спектакли — так пусть зрители получат возможность увидеть их».

оригинальный адрес статьи