3 апреля 2009

Драма с собачкой

Вера Копылова | Московский комсомолец

Чехова поставили по-арбузному

А не хотите ли, господа, арбузов в апреле? Посмотрев “Даму с собачкой” БДТ, можно сойти с ума по арбузам. Спектакль представлен на фестиваль “Золотая маска” в номинации “Лучший спектакль малой формы”. Малая форма осталась Чехову. Из небольшой, словно бы бегло написанной повести у режиссера Анатолия Праудина получился длинный двухактовый спектакль, подробный до дотошности, с использованием и других текстов Чехова. Настоящая драма. А главное — арбузы!
Доски. Сплошные доски. Заборы и заборы. Сцена представляет из себя обитую досками комнату — сначала это купальня или набережная в Ялте, потом дом Гурова в Москве, потом театр, потом гостиница… Почему — доски? Потому что у Чехова написано: “Как раз против дома тянулся забор, серый, длинный, с гвоздями. “От такого забора убежишь”, — думал Гуров”. Этот забор, от которого “убежишь”, и стал в спектакле главной метафорой невозможности изменить жизнь. А под конец сцену и вовсе заложат досками вместо занавеса — необструганными, непоколебимыми досками, от которых тоскует взгляд.

Зрители аплодировали трижды. Первый раз, когда Смирнов (свидетель происходящих событий, такой сказочник; героя такого в повести нет, но Смирнов получился вполне чеховским — сочетание Вафли из “Дяди Вани”, чеховских чиновников и чеховских правдоискателей) режет один из арбузов, которыми выложен дощатый пол купальни. Смирнов (великолепная работа Леонида Неведомского) режет арбуз так долго, сладостно, что зрители просто изнывают от зависти. С помощью арбузов, кстати, зрителям даже кладбище показали — надгробья тоже из арбузов. Второй раз зрители аплодировали, когда Анна Сергеевна вышла на сцену с настоящим белым шпицем, очевидно, дрессированным. И третий — в финале.

У каждого артиста — своя очень подробно прописанная партитура. Александра Куликова и Василий Реутов играют добротно, по системе Станиславского, местами даже перегибая палку, ибо становится просто занудно. Еще Куликова и Реутов — прекрасная романтическая пара. Особенно хочется отметить сексуальную сцену. Пожалуй, лучший момент в спектакле. Герои раздеваются в разных углах, прыгают на тележки, которые с громким стуком соединяются в кровать.

Два вспомогающих артиста, словно два кукловода, выплескивают из ведра воду на лица влюбленных. Этакий бунинский солнечный удар. Гуров в белой нательной рубашке и льняных подштанниках и Анна в ночнушке невероятно эротичны — и без капли пошлости. Единственная сцена в спектакле, которая не “недо” и не “пере”, а в самую точку.

Будут и слезы, и страдания — спектакль целиком и полностью о любви. Он и длинноват, и сладковат. Лучше всех в этом спектакле сам Чехов, на которого в первую очередь и стоит сходить. Главный рефрен в спектакле: “Видели ли вы на своем веку женщину, которая была бы искренна, верна и постоянна? Не видели! Верны и постоянны одни только старухи да уроды! Скорее вы встретите рогатую кошку или белого вальдшнепа, чем постоянную женщину!”



оригинальный адрес статьи

Пресса