Театр для меня инструмент в познании мира. Мир, который окружает меня сегодня, находится в поиске некой опоры – национальной идеи, «духовных скреп», «русской весны». В моду вновь вошел СССР. И эта попытка возвращения к советскому укладу не кажется мне искусственной. Думаю, есть огромная масса людей, которая действительно этого хочет, им кажется, что это внесет порядок во все происходящее. Парадоксальность сегодняшней ситуации в том, что общество пытается соединить советский уклад с православием. Возможно ли это? В «Земле» Довженко советское борется с церковью и утверждает атеизм. Мне это очень интересно, и конечно, я взаимодействую в том числе и с контекстом нашей политической жизни, ведь это тоже поток, в котором есть разные слои и энергии, и они влияют на меня, на артистов, на зрителей. Не случайно же я взял украинский фильм под названием «Земля», правда? Существует очевидный вопрос, который сейчас висит в воздухе и которым заражена вся наша земля – это война, которая реально происходит – это то, что нельзя не замечать, это то, что нас всех касается. Наша иллюзия владения землёй самой Земле безразлична. В конце концов она примет нас, и землей будем уже мы сами.

Максим Диденко


Диденко поставил перед собой задачу пересказать немую картину языком тела. Приверженец «физического театра», он нашел образное решение в физической культуре: артисты одеты как спортсмены, а сцена замаскирована под спортивную площадку. Участники постановки заняты всеми дисциплинами сразу – здесь и бокс, и гимнастика, и игра с мячом. Поединок главных героев (которого не было в фильме) обставлен как состязание на ринге, а классовая борьба выражается в форме спортивного соревнования: режиссер поделил актеров на две команды – «синих» и «красных». Любопытно, что «красные» – это не колхозники, а именно что кулаки: Диденко постарался избежать банальных ассоциаций. Зритель, не видевший «Землю» Довженко, вряд ли догадывается, что обнаженная натура – это не столько дань радикальному театру, сколько прямое заимствование из фильма. Но даже неподготовленной публике понятно, что все это про социальную вражду и насилие.
Здесь поэтический театр граничит с публицистическим: только что мы видели едва ли не балет, и вот уже актер произносит речь против великорусского шовинизма (у Довженко этому эпизоду соответствует сцена митинга в колхозе).

газета «Ведомости»


Для «Земли» Диденко берет культ маскулинности, физической силы, установку на соревновательность, пронизывавшую театральную культуру начала 30-х годов. Однако установка на победу вытесняет любое творчество, а обезличенность – установку на самораскрытие свободного индивида в творческом порыве, как мечталось когда-то идеологам Пролеткульта.

«Петербургский театральный журнал», блог


Довженко трактует коллективизацию как почти библейскую историю. У него противостояние парубков и дивчин во главе с колхозным активистом Василем и кулаков представлено как величественная притча: новые боги свергают старых. Спектакль Максима Диденко тоже, конечно, не на злобу дня (хотя в нем есть фрагмент статьи Ленина «О национальной гордости великороссов» – и Батарев страстно кричит, что отношения к соседям надо строить «на человеческом принципе равенства, а не на унижающем великую нацию крепостническом принципе привилегий»; есть и рэп на украинском, который буквально извергает из себя Дьячков). Спектакль о вечном, и каждый день горестно свидетельствует актуальность этого вечного. О том, как легко, ни с чего, на ровном месте рвется в человеке тонюсенькая пленка разума, гуманности, милосердия, сползает, а под ней – злоба, агрессия, тупое насилие. Неизбежно ведущие за собой мать их – смерть.

газета «Деловой Петербург»


Все начинается как спортивная игра. Команда «синих», команда «красных», летающий над помостом мяч. Максим Диденко берет в работу историю, которую Александр Довженко в 1930 году использовал в своем фильме «Земля» – противостояние комсомольцев и кулаков – и убирает из нее всю конкретику борьбы за колхоз. Это баскетбол; ну, может, немножко бокс – но ведь и в боксе, как правило, никого не убивают, не правда ли? И вот, деревянный помост взламывается, под аккуратной цивилизованной площадкой обнаруживается самая настоящая земля – та, за которую убивают и умирают, в которую закапывают и которая дает всходы. Так сегодня в людях с университетскими дипломами порой вдруг прорезается что-то глубинное, начинают работать неожиданные инстинкты – и счастлив тот, кто может только наблюдать за такой историей, не участвуя в ней. «Землю» 1930 года и «Землю» года 2015-го объединяет то, что их авторы понимают: их время – время эпическое. Спасайся, кто не герой.

Анна Гордеева

Номинации на Высшую театральную премию Санкт-Петербурга «Золотой Софит» за «Спектакль на большой сцене», «Работа режиссера», «Мужская роль (Филипп Дьячков)» и Санкт-Петербургскую театральную премию для молодых «Прорыв». Александринский театр представлен сразу в нескольких номинациях: «Лучший молодой режиссер (Максим Диденко)», «Лучший молодой художник (Галя Солодовникова)», «Лучший молодой актер (Филипп Дьячков)».













Земля

Новая сцена Александринского театра, Санкт-Петербург
Номинация на Премию «Золотая Маска» 2016г. - «Лучший спектакль-эксперимент»

по мотивам фильма Александра Довженко

Режиссер: Максим Диденко
Композитор: Иван Кушнир
Художник: Галя Солодовникова
Хореограф: Селия Амаде
Художник по свету: Игорь Фомин

Артисты: Евгений Антонов, Иван Батарев, Николай Белин, Ольга Бобкова, Егор Долгополов, Филипп Дьячков, Иосиф Кошелевич, Александр Мицкевич, Игорь Мосюк, Алина Никольская, Гала Самойлова, Алексей Фролов, Карнелина Шкарина, Софья Шустрова

Продолжительность 1 ч. 30 мин.


Возрастная категория 16+