Пьеса почти не имеет сценической истории. Семь более-менее известных постановок за 87 лет – это почти ничего. Факт довольно удивительный, учитывая восприятие пьесы как шедевра. И дело тут, как мне кажется, не в острой социальности... а в загадочной театральной фактуре, в невозможности найти сценический эквивалент фантастическим, невообразимым ремаркам Булгакова, да и самому тексту, произносимому людьми, населяющими эту пьесу.
Вот такая, например, ремарка: «Поднимаясь в гибельные выси…» Это что такое? Это можно сыграть??? Это как??? Но как прекрасно! И не надо искать основу для постановки пьесы в событиях реальной жизни – это тупиковый путь, сужающий поиск и тему.
«Бег» для меня – это состояние человека, проснувшегося после сна, в котором его преследовал кошмар, видения… а утром ты обретаешь покой… Ты один, очень тихо, в соседней комнате спят родные, все хорошо, и ты спокоен и счастлив.

Юрий Бутусов
Булгаков вновь становится важнейшим автором эпохи, вновь помогает разобраться в очередном трагическом катаклизме мира, сотрясаемого от предчувствий и призраков войны.
Бутусов с его рок-н-рольной, стихийной, полной художественного хаоса энергией открывает булгаковскую пьесу через поэтику сюрреалистического, горячечного сна.
Бутусов строит свой сценический мир на физическом надрыве, заставляя актеров искать подлинности сценического бытия в телесных спазмах. Страшная тифозная дрожь бьет Серафиму Корзухину добрую четверть первого действия, ее лицо напоминает трагическую маску Федры–Алисы Коонен, а мимо нее проносятся в нескончаемом изнурительном беге долговязый приват-доцент Голубков, Чарнота, Люська. Едва остановив свой бег, они рассаживаются по углам, точно зверьки или неведомые существа, а женщины то и дело читают удивительные булгаковские ремарки, окончательно мешая сон с явью, не давая опомниться и понять, в каком мире, в какие времена происходит действие спектакля.
«Туманно… Ах, как все туманно!..», – любил говаривать Николка из «Дней Турбиных». Туман, сизый дым, дым отечества, серый и все скрывающий, то и дело опускается на пустую сцену. А когда генерал Чарнота стоит посреди стамбульской площади, делая ставки на тараканьих бегах, то вместо шумной толпы его окружает только безмерная пустота мира и все тот же сизый туман, что похож на обман. Одиночество и бытийный абсурд сопровождают здесь каждого, превращая пьесу Булгакова в историю нашего времени.

«Российская газета»

Михаил Булгаков обозначил жанр пьесы как «восемь снов» и вынес в эпиграф строчки Жуковского: «Покойся, кто свой кончил бег». Юрий Бутусов ставит именно сны, но не покойные, не примиряющие, а страшные, болезненные, дурные.

газета «Коммерсант»



«Бег» на деле оказался идеальным материалом для режиссера Бутусова, как и сам Михаил Булгаков явно «его» автором. Более того, именно в нелинейном, фантасмагорическом движении режиссерского воображения пьеса открылась так, как прежде не открывалась психологически достоверным, бытовым ключом.

«Петербургский театральный журнал», блог


Участник Международного открытого фестиваля искусств «Черешневый лес» и Международного театрального фестиваля «Сезон Станиславского»



Михаил Булгаков

Бег

Театр им. Евг. Вахтангова, Москва
Премия «Золотая Маска» 2016г. - «Лучшая работа художника по свету»
Номинации на Премию - «Лучший спектакль в драме, большая форма», «Лучшая работа режиссера», «Лучшая работа художника», «Лучшая мужская роль» (Виктор Добронравов, Сергей Епишев, Артур Иванов)


Участник программы «Russian Case» Фестиваля 2016 года
Восемь снов

Режиссер: Юрий Бутусов Художник: Александр Шишкин
Художник по костюмам: Максим Обрезков
Художник по свету: Александр Сиваев
Балетмейстер: Николай Реутов
Художник по гриму: Ольга Калявина
Звуковой дизайн: Андрей Мирный

Артисты: Екатерина Крамзина, Виктор Добронравов, Сергей Епишев, Артур Иванов, Александра Стрельцина, Ольга Лерман, Валерий Ушаков, Павел Попов, Василий Симонов, Екатерина Нестерова, Андрей Злобин

Продолжительность спектакля 3 ч. 50 мин.
Возрастная категория 16+