Пьеса «Малыш» попала ко мне случайно, но все случайности закономерны. Она захватила меня сразу, потому что выходит за рамки драматического сюжета и переходит к сюжету твоей жизни. Не важно, какой ты национальности, важно, чем ты наполняешь мироздание – добром или злом. Малыш врывается в мир, как метеорит, о котором упоминается в пьесе. В спектакле мы придумали сцену, когда прорывая стену, влетает прозрачный шар, а в нем ребенок, как в икринке жизнь. Жизнь родилась, а какой она будет?

Константин Кучикин


Когда мы обдумывали пространство, мы сразу поняли, что это должно быть максимально приближено к зрителю, и не должно быть никакой этнографии и географии. Искали движение, дорогу. Даже серьезно думали о транспортере, как на почте бывают, по которому идут посылки, бандероли, чья-то жизнь в них «запакована». Так возникли чемоданы, передвижение людей со скарбом. Схема передачи человеческих связей нас не отпускала, так появился желоб, по которому идут письма-яблоки, льется вода, соединяя и разбивая человеческие жизни.

Андрей Непомнящий


«Малыш» – это такой материал, когда спектакль из цели становится средством для собственного духовного роста, средством для того, чтобы сделать себя лучше, и, возможно, что-то улучшится в этом мире.

Владимир Годованец


Вообще строй спектакля оказался близок к кинематографу, с его общим, средним и крупным планами, с действием, одновременно происходящим на экране, поделенном пополам. Литва и Сибирь постоянно живут напряженной жизнью, и на этом общем фоне укрупняется какой-то эпизод, чей-то монолог. При этом найдена удивительно точная, наверное, единственно возможная вопросительно-тревожная, странная интонация. Очевидно, помогло найти эту интонацию следование авторскому указанию не драматизировать события.

журнал «Страстной бульвар, 10»


В этом спектакле с завидной легкостью, «играючи» стираются все возможные барьеры и границы. Между двумя культурами, двумя языками, на которых слово «малыш», оказывается, звучит одинаково, между сценой и залом – актеры играют прямо посреди публики, между географическими и временными пространствами. Действие разворачивается попеременно – скорее даже симультанно – в Сибири и в Литве, в 20-е и в 40-е годы прошлого века. А также, опосредованным образом, и в наше время, когда драматические страницы в истории взаимоотношений двух соседних народов переживаются, кажется, с еще большей эмоциональностью.

Парадоксально, с изрядной смелостью изживающая национальные травмы «оккупации» и депортации пьеса феерически одаренного Мариуса Ивашкявичюса, написанная и впервые поставленная автором на родине уже довольно давно, теперь, словно бы переживает второе рождение. На прошлогоднем первом фестивале «Реабилитация настоящего», где был устроен своего рода смотр сил драматургии бывших советских сестер-республик, она взяла первую премию. Впервые участвующий в «Золотой Маске» Хабаровский ТЮЗ успел расслышать и прочувствовать пьесу «Малыш» из своего дальневосточного далека чуть раньше. После чего попытался найти для сложного культурологически-метафорического, изобилующего словесной и стилистической игрой текста собственный, но максимально адекватный первоисточнику сценический язык. И не прогадал.
Александр Вислов


Мариус Ивашкявичюс

Малыш

Театр юного зрителя, Хабаровск
Номинации на Премию «Золотая Маска» 2011 г. – «Лучший спектакль в драме, малая форма», «Лучшая работа режиссера», «Лучшая работа художника»,«Лучшая работа художника по костюмам»
Режиссер: Константин Кучикин
Художник: Андрей Непомнящий
Режиссер по пластике: Ольга Козорез
Художник по костюмам: Наталья Сыздыкова
Музыкальный руководитель: Елена Кретова

Артисты: Владимир Годованец, Ирина Покутняя, Дарья Добычина, Денис Кучикин, Наталья Мартынова, Сергей Мартынов, Ольга Шкуро, Виталий Федоров

Продолжительность 1 ч. 55 мин.


нестандартная рассадка