В «Аиде» я создавал атмосферу вовлеченности в игру, как на хоккейном стадионе, когда публика начинает болеть за игроков, находясь в непосредственной близости с артистами. Хор и солисты ведут себя подобно хоккейным игрокам. Во время пауз артисты не уходят со сцены, они садятся вокруг сцены и наравне со зрителями наблюдают за происходящим. Они меняют костюмы на глазах у публики, не уходя за кулисы. Таким образом, показывается превращение артиста в персонажа, которого он исполняет, чтобы продемонстрировать модель поведения обычных людей. Аида являет собой воплощение наслаждения, совсем юная, прекрасная девушка 16-17 лет, которая попадает в суровый круговорот жизни. В опере есть бесподобная по красоте история любви, которую я хочу вынести на первый план. Я попросил Джованну Буцци сделать такие костюмы, чтобы создать ощущение детского взгляда на мир. Это не пародия, но и не реальность. Солдат в опере не вполне реальный, он символический.
Когда я размышлял над постановкой «Аиды», то меня вдруг осенило, что, на самом деле, в нашей крови течет немало бензина. Мы взрываемся по малейшему поводу, воспламеняемся от одной вспышки. Среди нас мало мудрецов, почти все мы не способны ясно мыслить и сгораем моментально. Все словно готовы незамедлительно прокричать «война, война…», но никто не думает, не ищет других решений. Надеюсь, что в этой «Аиде» удастся довольно мощно и реалистично воспроизвести то безумие, которое живет в нас. Этот спектакль – мое размышление о том, что весь мир уже давно сошел с ума и продолжает сходить с ума постоянно.
Даниэле Финци Паска

Это и не спектакль вовсе: это сон, видение, странная фантазия на темы любви, смерти и прощения. И окрашена она вовсе не в жаркие цвета пустыни, но в холодные струящиеся тона воды и неба: синий, голубой, фиолетовый. Опалесцирующий полумрак сцены; светящиеся сосульки, свисающие над черным квадратом подиума; бликующий, танцующий, стекающий по каплям вниз и вновь взмывающий вверх по трубкам свет, живущий своей особой жизнью.
Паска не только не считает нужным смягчить условность оперного действа, напротив, он всячески подчеркивает эту условность, выстраивая на сцене затейливую игру с элементами карнавала и даже ритуала. Хор то и дело превращается в наблюдателей за театральным представлением. Это «публика» и одновременно – участники театральной игры.
Но главное в спектакле – слитное, целостное ощущение поэтичности, сумеречной мечты. Все возникает в режиме сна.
газета «Невское время»

Герои – вполне рельефны и материальны, но истинное действие кажется незримым. Постоянное присутствие на подмостках (действующие лица не покидают площадку) и детальная четкость передвижений создают ощущение непрерывных внутренних монологов, из которых персонажи в нужный момент «выдергиваются» невидимым кукловодом и выражают свои чувства друг другу или собравшейся публике. Но лишь только ария, дуэт или ансамбль заканчиваются – герой вновь «ныряет» в подсознание.
газета «Новые Известия»

Паска, как настоящий креатор, строит свой театральный мир, и этот мир – добр и дружелюбен. Здесь летают ангелы, крутят колесо акробаты, а визуальный образ спектакля лепится из тишины, из сновидений, из детской мечты. Однако «Аида», написанная Верди – на первый взгляд, материал, поэтическому дарованию Паски вовсе не подходящий. Характеры сродни античным: они цельны, монолитны, как глыбы, и несут одну, генеральную идею. Громовой пафос шествий, торжественная победная поступь воинских маршей, сумрачная мощь хоров и духоподъемных апофеозов – всё работает на идею «большой оперы». Было очень интересно, как Паска справится со всем этим эффектным, броским великолепием. А он и не собирался с этим справляться: просто «снял» его – и создал свою собственную сказку, лишенную какого бы то ни было пафоса.
интернет-портал «Infox.ru»



Джузеппе Верди

Аида

Мариинский театр, Санкт-Петербург
Номинации на Премию «Золотая Маска» 2012г. - «Лучший спектакль в опере», «Лучшая работа режиссера», «Лучшая работа художника по свету в музыкальном театре» (Даниэле Финци Паска, Алексис Боулс ), «Лучшая женская роль» (Екатерина Семенчук)

опера в 4-х действиях

Либретто: Антонио Гисланцони

Музыкальный руководитель: Валерий Гергиев
Дирижер и главный хормейстер: Андрей Петренко
Авторы концепции: Даниэле Финци Паска, Джулия Хэмлин
Режиссер: Даниэле Финци Паска
Художник: Жан Рабасс
Художники по свету: Даниэле Финци Паска, Алексис Боулс
Видеодизайнер: Роберто Виталини, Bashiba
Художник по костюмам: Джованна Буцци
Ответственный концертмейстер: Ирина Соболева

Артисты: Екатерина Шиманович, Екатерина Семенчук, Август Амонов, Эдем Умеров, Владимир Феляуэр, Юрий Воробьев, Ирина Матаева, Михаил Макаров

Продолжительность 2 ч. 45 мин