Мне кажется, я к этому «Дяде Ване» готовился всю жизнь. Всегда испытывал к чеховским пьесам сильнейшую тягу и всегда казалось, что ещё не готов, что не хватает нужных актеров, что не преодолеть груза всех виданных-перевиданных постановок, в том числе великих.
Поскольку именно на Чехове в основном проходила наша учеба у Марии Осиповны Кнебель, взяться за него всегда значило – держать профессиональный экзамен перед Мастером. Ну и как-то робел, откладывал, оттягивал. Поэтому, наверное, что-то прозевал, прошляпил.
Какое же счастье работать с такой пьесой! Может, и вовремя все происходит! Я теперь очень хорошо понимаю и Астрова, и Войницкого, и Серебрякова. Я теперь точно знаю, что мне и моим актерам есть чем наполнить чеховских персонажей. Потому что это наши родители и мы сами, наши дети и наши близкие. Текст не то что не затёрт, а шокирующе свеж и современен. Не нужно ему «отдыхать» от постоянных попыток современного театра вчитаться в него заново. Эта штука прошибает покруче вербатимов, перформансов и бродилок.

Михаил Бычков
Михаил Бычков преинтереснейшим образом повернул в обратную сторону линейку привычных рассуждений и пошел не в Вампилова через Чехова (что хрестоматийно привычно), а в Чехова через Вампилова, увидев в героях «Дяди Вани» людей нам знакомых, близких, провинциально-советских, узнаваемо зажатых, нравственных, застенчивых, пьющих для храбрости и «от нервов» по всякому поводу и переживанию.
Но меньше всего в этом прекрасном спектакле обращаешь внимание на внешний концептуализм, которым Бычков, кстати, всегда силен. И больше всего наслаждаешься живым, подробным, мотивированным течением густой сценической жизни, самым что ни на есть психологическим, атмосферным театром.
Вообще смысл спектакля в том, кто как взглянул на другого, как промолчал – не промолчал…
В финале под песенку Красной Шапочки, напялив красный берет, Соня будет истово отплясывать перед оставшимися обитателями усадьбы, пытаясь рассмешить, развеселить всех. Потому что правда – надо жить! И они будут жить. Как всегда. Не лучше, но и не хуже. Обычно. Так же, как жили прошлым летом, как позапрошлым… «Есть только миг между прошлым и будущим». Труба в спектакле не раз протрубит эту музыкальную фразу. Два часа живой жизни этого «Дяди Вани» – между собственным прошлым и будущим – разве это не тот миг, за который можно держаться?

«Петербургский театральный журнал», блог
Михаил Бычков сумел восстановить живой ток кровной связи с чудаками Чехова, затертыми в провинциальную глушь средней полосы России. Войницевка на сцене Камерного театра – типичная, средней руки советская дача 70-х годов ХХ века с железным рукомойником и душем на участке. И выясняется, что мечты о любви и лучшей доле, провинциальная засасывающая тоска, наконец, сам строй души и мысли чеховских героев – все это живо, захватывает и мучит.

газета «Новые известия»


Елена Андреевна походит на манекенщицу из журнала мод и сводит всех с ума расчетливой истомой. Трудящиеся мужчины побросали все свои дела, чтобы ходить за ней хвостом, пытаясь отбить у старого мужа. Угловатая Соня ищет умиротворения в «Беловежской пуще». Она похожа на Елену Андреевну в юности, но уже никогда ею не станет: молодость ее отцветает, как отцветает лето в ее деревне. «Дядя Ваня» – печальная, тонкая работа Михаила Бычкова в эстетике поздних советских лет. Чеховское время опрокинуто в конкретно-историческое и звучит как пророчество про наши дни: после короткой «оттепели» наступает время «утиной охоты» и «осеннего марафона». «Если долго, долго, долго…» – несется из радиолы.
Воронежский Камерный – театр, каким он должен быть. И каких днем с огнем не найти. Современный кирпичный дом на пятачке земли вмещает массу функций. Создатель его Михаил Бычков – один из лучших режиссеров страны. Труппа – опытные профессионалы, афиша – золотая коллекция. В кафе, кстати, гениально готовят утку. Летом к ним на «Платоновский фестиваль» со всей страны ездят смотреть европейские спектакли. Бычкова тоже нужно смотреть дома. Но уж тем более Бычкова нужно смотреть, если его везут в Москву.

Елена Ковальская


На странице использованы фотографии Алексея Бычкова

Антон Чехов

Дядя Ваня

Камерный театр, Воронеж
сцены из деревенской жизни

Режиссер, художник по костюмам: Михаил Бычков
Художник: Николай Симонов
Художник по свету: Евгений Ганзбург
Звукорежиссер: Владислав Толецкий

Артисты: Юрий Овчинников, Татьяна Бабенкова, Надежда Азоркина-Васильева, Татьяна Сезоненко, Камиль Тукаев, Андрей Новиков, Андрей Мирошников, Татьяна Чернявская, Александр Габура

Продолжительность 2 ч.30 мин.
Возрастная категория 16+