Тартюф – хтоническое чудовище, абсолютное зло. Какая разница, чего он хочет? Вопрос в том, кто, как и зачем впускает в дом этого безликого монстра. А впустить может только глава – семьи или государства. Большая часть пьесы – это действие до прихода Тартюфа, потом небольшой момент с Тартюфом и развязка, в которой мы видим уничтожение этой пирамиды. Всегда очень важна «точка сборки», ключ, которым открываешь текст: Мольер потрясающ тем, что если ты вставляешь правильный ключ в этот замок, пьеса раскрывается и становится потоком чистейшего меда. Ясность такая, как будто смотришь сквозь геологический лед и видишь в нем замерзшую мушку.

Филипп Григорьян
В «Тартюфе» Филиппа Григорьяна дом Оргона превращается в резиденцию Романовых, а пригретый у царского двора святоша не кем иным, как Григорием Распутиным. Время действия переносится не один раз – режиссер, вкрапляя и приметы нашего времени, пытается найти ответ на вопрос, в какой момент Россия полетела под откос и почему до сих пор так и «летит». В сущности, ответы так и не приходят, но вопросы представлены настолько выпукло и устрашающе – угасающая красота конца империи завораживает, что моралите мольеровского «Тартюфа» вместе с осколками исторической памяти оставляет сквозную рану.

Первую часть спектакля (до уничтожения Дома) режиссер выстраивает как блестящую монолитную историческую реконструкцию. С кинематографической подлинностью усаживает царскую семью за обеденный резной стол с накрахмаленной скатертью, тщательно прорабатывает каждую поэтическую строфу мольеровского стиха, отчего чеканное слово классицизма перестает быть тяжелым бременем и для зрителя, и, кажется, даже для актеров, словно купающихся в переливах рифмы. Из второго же акта, разоблачающего и стремительного, Григорьян конструирует тотальную инсталляцию в стиле «грязного» и контрастного гранжа.

«Независимая газета»
Филипп Григорьян поставил спектакль о совершенной безнадежности. Тартюф, изменчивый, как Протей, – такое же свойство мира и человеческой природы, как прочие, он неотменим, его нельзя разоблачить: рядясь каждый раз в новый облик, он всегда на шаг впереди, а значит, нет и не может быть над ним победы. И побеждать его некому – ни слабому разумом и волею Оргону, ни домочадцам, никому извне. Виновны все, и жертвы – тоже все. Даже перевертыш в середине спектакля не обнаруживает истину, а заставляет лишь качаться чаши весов: где же истина – в пышном ли каноническом театре первого акта или в сумятице и постмодернизме второго? Где именно жизнь лишь притворялась жизнью, а где показала себя? Это отсутствие окончательности, последнего ответа и есть ценнейшее свойство спектакля, оно и воплощает длящуюся жизнь.

«Петербургский театральный журнал», блог

На странице использованы фотографии Олимпии Орловой

все показы
  когда
22.03.2018
23.03.2018
19:00
19:00
   где
Электротеатр Станиславский
Жан-Батист Мольер

Тартюф

Электротеатр Станиславский, Москва
Режиссер, художник: Филипп Григорьян
Перевод: Михаил Донской
Сценическая версия: Ольга Федянина
Художник по костюмам: Галя Солодовникова
Художник по свету: Сергей Васильев
Режиссер видео: Анастасия Тизяева
Хореограф: Анна Абалихина
Саунд: Дмитрий Вихорнов

Артисты: Лера Горин, Виктор Тереля, Юрий Дуванов, Ирина Савицкова, Татьяна Майст, Олег Бажанов, Елена Морозова, Юлия Абдель Фаттах, Екатерина Андреева, Анна Даукаева, Татьяна Перевалова, Анастасия Фурса, Мария Беляева, Евгений Капустин, Антон Филипенко, Дмитрий Чеботарев, Людмила Розанова, Азамат Нигманов, Дмитрий Мягкий, Михаил Соколов

Продолжительность 3 ч. 30 мин.
Возрастная категория 18+