Пресса

13 марта 2013

Барокко для маленьких

Майя Крылова | Газета «Новые известия»

Театр оперы и балета Республики Северная Осетия–Алания привез в столицу постановку по мотивам оперы Генделя «Агриппина». Древнеримские страсти представили на сцене Российского молодежного театра.

Генделя у нас ставят редко, особенно в провинции. Так редко, что в первый раз и прикоснуться к нему страшно. Партитуры композитора так объемны, так специфичны и так трудны вокально, даже для московских и петербургских театров, что проще их вообще не трогать. Справедливо заметил дирижер «Агриппины» Евгений Кириллов: «Очень редко театры располагают условиями, чтобы претендовать на аутентичное исполнение барочной оперы». Но иного мнения придерживается Лариса Гергиева, глава Театра оперы и балета во Владикавказе. Она думает, что главное – найти к трудностям свой подход. Для этого в ранней опере Генделя (она была создана в 1709 году в Венеции) в осетинском театре произвели кардинальные изменения. Они коснулись буквально всего. Значительные купюры: зачем испытывать терпение современного слушателя? Новая оркестровка, видимо, подогнанная под возможности местного оркестра. Удаление речитативов и замена их специально написанным современным текстом, причем длинным: а пусть будет похоже на привычный драматический театр. И даже новые герои, при том, что старые частично выброшены.

Спектакль привезли на «Золотую маску» вне конкурса, в рамках программы «Маска – плюс». Для маленькой республики постановка и такого, «усеченного», Генделя потребовала усилий двух театров – русского драматического и оперного. Сюжет «Агриппины» крутится вокруг амбиций одноименной матроны, жены римского императора Клавдия. Властолюбивая дама хочет посадить на трон своего сына Нерона, для чего – в ходе сложной комбинации интриг – морочит мужа и его окружение, а также обманывает юную красотку Поппею, в которую влюблены и Нерон, и Клавдий, и некий воин Оттон. Петь генделевские арии пригласили вокалистов из Мариинского театра. Они вместе с осетинскими вокалистами, изображают богов, наглядно опекающих земных героев «Агриппины». На земле, по мысли постановщиков, царит проза, передаваемая декламацией драматических актеров. В жизни люди же не разговаривают пением? А вот на небесах, где все не так, как у нас, можно и спеть. Видимо, решили, что такой подход сделает более доступной сложную барочную оперу.

В результате получилось нечто странное. По уровню общей театральной картинки, достаточно наивной, получилось барокко для дошкольников. Но по отдельным мизансценам и многим репликам – пикантный водевиль для взрослых. На сцене куча облаков, из которых к римлянам нисходят боги: они расхаживают на громадных котурнах, танцуют вместе с людьми и запросто отвечают на человеческие молитвы. Фантазийные костюмы высших существ сочинялись с оглядкой на театральный костюм эпохи Генделя: как бы фижмы с лентами, вроде бы «старинные» панталоны и очевидно несусветные парики. За облаками сидит маленький оркестр, а перед ними снуют артисты балета, они же – существа в белом, которые обозначены в программке и как «обитатели Олимпа», и как «жители Рима». Прозаические персонажи без разбора одеты в «тоги» и «туники» песочного цвета. Среди них царит Агриппина в исполнении Натальи Серегиной, умеющая добиться своего с помощью звучного голоса, мощного самообладания и железной воли. Умения декламировать текст, так чтобы обозначилась зловредная умная стерва, у Серегиной не отнять. Но постановщик явно не решил, что именно он ставит – комедию или совсем наоборот. Тексты подавались то всерьез, то в насмешку. Серегина, например, играла персонаж эпохи классицизма. А ее партнеры существовали в спектакле по-разному. Один словно вышел из пьес Островского. Другой – из недр сатирического шоу. Третий смахивал на героя комедии положений. Под конец зрелище, вроде бы начавшееся как серьезная вещь, превратилось в откровенную пародию на все генделевское. Заговоры и подставы канули в Лету с шутками и ужимками, громоздкий Амур с обвисшими крыльями послал стрелы в нужную сторону, Меркурий игриво закинул бумажные птички в публику, а Юпитер в малиновом халате, окруженный прочими небожителями, дал соратницам-богиням по яблоку и благосклонно покивал головой простым смертным.

Певцы (которые боги) с барочным пением справлялись по-разному. Лучше всех была Венера солистки Академии молодых оперных певцов Мариинского театра Марии Баянкиной. Содержание арий, спетых по-итальянски, публика так и не узнала, поскольку титров не было. Но поставленная задача так или иначе выполнена: осетинский зритель теперь может «вживую» что-то узнать об «Агриппине».



оригинальный адрес статьи